Тирлянский оскал цивилизации

Автор: Елена Разина

Иногда дачники бывают страшнее наводнения.

Местом летнего отдыха ежегодно сотни жителей Магнитогорска выбирают поселок Тирлян, расположенный в Белорецком районе Башкортостана. Некоторые из них в выборе явно ошибаются.

Освоение Тирляна магнитогорцами началось более двадцати лет назад. Влекомые сказочным поселком, преодолевали они сотни километров, чтобы прикоснуться к красоте. То были истинные романтики! Долгими часами смотрели они сквозь пыльное стекло вагонов электрички на печальную степь и дерзкую зелень леса, ослабевали под натиском мерного стука колес, обнимая брезент тяжелых рюкзаков и мечтая проснуться уже в Тирляне. Но просыпались в Белорецке. Брели на поезд и мчались по узкоколейке к заветной цели. А потом кто куда – кто к родственникам, кто к старушке какой в третью комнату на недельку-две. А утром – на пленэр, ведь, в основном, то были художники. Нередко они располагались на берегу тирлянского пруда, возбуждая интерес у местной ребятни кропотливой работой: «Это наш дом вы рисуете, – пояснял художнику гордый мальчуган. – И яблоньки наши, только сосед, дядя Женя, нам ранетки с них не дает есть, с лопатой выбегает». Только улыбался в ответ живописец.

Не было в то время дач, да и сам Тирлян был другим. Имел он тогда статус поселка городского типа: шумел завод, напоминая рабочим о начале новой смены протяжным гудком, строились двухэтажные дома, росло число счастливых семей. Казалось, так и должно быть, хотелось, чтоб так было всегда…

Шли годы. Интерес к тирлянским богатствам все усиливался. Конечно, не в листопрокатном производстве видели магнитогорцы богатство поселка, а в удачном его расположении. Со всех сторон сосновый лес, щедрый на ягоды-грибы, целебные травы и неповторимый аромат, разливающийся по организму приятным теплом, от которого на щеках появляется здоровый румянец. Ехали сами, везли детей. Стали покупать ветхие избушки, чтоб было где вещи кинуть и в лес умчаться. Присматривались тирлянцы к дачникам в лесу – было чему у них поучиться: старались горожане как можно меньше следов своего пребывания оставить, не навредить природе, а при возможности и помочь: гриб червивый на сучок повесить, чтоб семена дал, ранку на теле дерева замазать, чтоб к солнышку оно тянулось. Уважения заслуживало такое поведение, потому местные жители и молоком парным с радостью угощали, и за домом соглашались присматривать. Так и выбирали домик под дачу между жилыми домами, а еще – чтоб обязательно близко к пруду…

Летом 1994-го пруда не стало. 7 августа старая плотина дала трещину, которая стала причиной страшной трагедии, унесшей жизни двадцати девяти человек. Смертоносная волна накрыла и завод, вскоре прекративший свое существование. Стабильность и размеренность тирлянской жизни были подорваны. Магнитогорцы тем временем не стали спешить с приобретением дач в Тирляне.

Сами тирлянцы жили надеждой. Надеждой на то, что плотину восстановят, последствия наводнения устранят, расширят производство, ограниченное в то время сталеканатным цехом Белорецкого металлургического комбината, и все будет хорошо. Строительство плотины затянулось почти на десять лет. Мест на СКЦ хватило не всем. Тирлян, как в болоте, начал вязнуть в безработице. В поселке стало неспокойно: тревожно и страшно. Молодежь начала уезжать. Вскоре и СКЦ признали нерентабельным. Теперь многие тирлянцы ежедневно ездят на работу в Белорецк – непосредственно на БМК – и в Магнитогорск. Тирлян получил статус села.

После восстановления пруда число желающих иметь дачу в Тирляне резко увеличилось. Дома стали интересовать добротные, просторные, чтоб и самим приятно было в них войти, и гостей пригласить не стыдно. Пару лет назад дома и вовсе ненужными оказались, главным стала земля, на которой возводят руками местных мастеров огромные коттеджи для любителей красивого отдыха. Прелести отдыха в Тирляне познала и магнитогорская молодежь: шашлыки, баня и танцы до утра на глазах у соседей, которым тоже не до сна, но не от бурного веселья, а от страха за сохранность своего дома. Местные алкаши тоже расслабиться не дают: все, что плохо лежит, норовят на металл сдать или за бутылку продать «доброму человеку».

Этим летом дачники, по видимому, решили просветить местный народ в сфере достижений цивилизации – наряду с многочисленными автомобилями разных марок в Тирляне теперь по пруду рассекают на гидроциклах и нескольких моторных лодках. Звуковой поток настолько плотный и мощный, что тирлянцы, проживающие в районе пруда, засыпают лишь после того, как гидроциклист получит желаемую дозу адреналина и отключит мотор. Страшно представить, в каких условиях приходится выживать обитателям водоема… Негодуют и те дачники, которые считают, что подобные развлечения готовят тирлянскому пруду судьбу озера Банного. А это ненамного лучше пережитого наводнения. Так может проще и ближе доехать до Банного? Или там чего-то не хватает?

Неужели новое поколение дачников не видит истинной красоты Тирляна? А, может, думает, что справится природа тирлянская и с кучами мусора, и с выхлопными газами? Но справитесь ли вы с эмоциями, когда будете рассказывать будущим внукам о былой красе Тирляна, а они вдруг спросят: «Дед, а почему ты ее для нас не сберег?»

P. S. Тирлян в переводе с немецкого означает «страна зверей» – так его назвал один из основателей завода более 250-ти лет назад, пораженный первозданностью лесов вокруг села Березовки, на месте которого и появился поселок. Давно это было, да только определение это новый смысл в себя вбирает…

Опубликовано в газете "Магнитогорский металл".